Сен 29, 2014
«Решение было мгновенным. Не думаю, что у кого-то в такой ситуации есть время все обдумать и взвесить.
Об авиакатастрофе
Все случилось в штате Юнити в Южном Судане. В местный аэропорт прибыл самолет из Джубы с гуманитарным грузом. На борту находились мыло, москитные сетки, медикаменты и прочие необходимые вещи местному населению, которые оказались в очаге вооруженного конфликта. Управлял самолетом экипаж из Кении. На посадку судно шло как-то неудачно, не вписывалось в полосу. Еще не приземлившись, пилот, видно, понял это. Он попытался вновь набрать высоту и пойти на посадку повторно. Но при попытке сделать это самолет зацепил крылом автомобили, находившиеся возле взлетно-посадочной полосы. Покореженные машины начали гореть, взрываться. Само воздушное судно накренилось и упало на бок.
Я в это время находился на базе неподалеку от места ЧП. Мы, миротворцы, слышали, как сотрудники ООН по рации передают информацию об авиакатастрофе. Надо сказать, что в аэропорту находился и наш вертолет МИ-8. Из аэропорта поступила просьба убрать судно с территории. Когда я в составе группы прибыл на место, то воочию увидел масштабы аварии.
Бегало множество местных солдат, самолет лежал на боку и дымился. Вояки фляжками из луж черпали воду и заливали дымящуюся махину. Из поврежденных баков самолета вылилось топливо, и воздушное судно в любую минуту могло взорваться. Солдаты пытались пробить окна, но стекла были очень толстые и никак не поддавались.
Одна боковая форточка была разбита. Через нее, благодаря своей худобе, сумел выбраться один пилот. Я в нее не пролез бы…
Решение созрело мгновенно. По поломанному крылу я вместе с местным солдатом взобрался на самолет, отжал в кабине пилотов ломом дверь. Вижу – пилот лежит и стонет. Я позвал солдата и вместе мы вытащили раненого кенийца. Вернулись, осмотрелись: в центре салона лежит в неестественной позе член экипажа. К нему, конечно, было тяжело ползти. Ну, пришлось отдышаться хорошенько и лезть через весь салон. Еле-еле его вытащили. Потом выяснилось, что кениец был уже мертв.
Пока вытаскивали экипаж, в аэропорт прибыла скорая помощь с базы. Я потом интересовался судьбой спасенного пилота. Мне сказали, что он впал в кому. Сначала его доставили в Джубу, а потом – на родину в Кению. Дальнейшая его судьба мне не известна.
О пути в миротворцы
В детстве я мечтал, как и все дети, о приобретении героических профессий, в каждом возрасте – о разных. После школы поступил на юридический факультет. Знакомые порекомендовали по окончанию вуза податься в милицию. Начинал работать с должности инспектора подразделения по борьбе с преступлениями в сфере потребительского рынка. Доработал до заместителя начальника аналитического отдела. Потом последовала реформа. Прошел аттестацию.
Услышал о миротворческом центре. Начал активно интересоваться. Решил попробовать себя в этой роли. В наше УМВД поступила заявка. Подбор кандидатов на местном уровне осуществляет отдел кадров. На меня вышли, задали определенные вопросы, в частности, знаю ли я английский язык. Я прошел фильтр и оказался в Южном Судане.
Конечно, родители и жена с ребенком волновались за меня. Но я старался не распространяться на тему случившейся авиакатастрофы и моей причастности к спасению людей из опасного самолета. Когда произошло утечка информации, то все уже было позади, а страсти улеглись!».
